Vo ves' golos

Majakovskij Vladimir Vladimirovich

Library → Fiction → Poetry

Первое вступление в поэмуУважаемые       товарищи потомки!Роясь    в сегодняшнем        окаменевшем дерьме,наших дней изучая потемки,вы,  возможно,        спросите и обо мне.И, возможно, скажет              ваш ученый,кроя эрудицией         вопросов рой,что жил-де такой        певец кипяченойи ярый враг воды сырой.Профессор,       снимите очки-велосипед!Я сам расскажу         о времени              и о себе.Я, ассенизатор          и водовоз,революцией       мобилизованный и призванный,ушел на фронт       из барских садоводствпоэзии —       бабы капризной.Засадила садик мило,дочка,   дачка,       водь          и гладь —сама садик я садила,сама буду поливать.Кто стихами льет из лейки,кто кропит,       набравши в рот —кудреватые Митрейки,         мудреватые Кудрейки —кто их к черту разберет!Нет на прорву карантина —мандолинят из-под стен:«Тара-тина, тара-тина,т-эн-н...»Неважная честь,         чтоб из этаких розмои изваяния высились                по скверам,где харкает туберкулез,где б... с хулиганом              да сифилис.И мне    агитпроп          в зубах навяз,и мне бы     строчить         романсы на вас,—доходней оно        и прелестней.Но я  себя    смирял,        становясьна горло       собственной песне.Слушайте,      товарищи потомки,агитатора,       горлана-главаря.Заглуша      поэзии потоки,я шагну    через лирические томики,как живой       с живыми говоря.Я к вам приду        в коммунистическое далеконе так,    как песенно-есененный провитязь.Мой стих дойдет       через хребты векови через головы         поэтов и правительств.Мой стих дойдет,           но он дойдет не так,—не как стрела         в амурно-лировой охоте,не как доходит         к нумизмату стершийся пятаки не как свет умерших звезд доходит.Мой стих      трудом           громаду лет прорвети явится       весомо,            грубо,               зримо,как в наши дни         вошел водопровод,сработанный       еще рабами Рима.В курганах книг,             похоронивших стих,железки строк случайно обнаруживая,вы  с уважением          ощупывайте их,как старое,       но грозное оружие.Я ухо   словом       не привык ласкать;ушку девическому          в завиточках волоскас полупохабщины       не разалеться тронуту.Парадом развернув            моих страниц войска,я прохожу       по строчечному фронту.Стихи стоят        свинцово-тяжело,готовые и к смерти              и к бессмертной славе.Поэмы замерли,          к жерлу прижав жерлонацеленных       зияющих заглавий.Оружия    любимейшего              род,готовая     рвануться в гике,застыла     кавалерия острот,поднявши рифм          отточенные пики.И все    поверх зубов вооруженные войска,что двадцать лет в победах                     пролетали,до самого       последнего листкая отдаю тебе,         планеты пролетарий.Рабочего       громады класса враг —он враг и мой,          отъявленный и давний.Велели нам         идти            под красный флаггода труда       и дни недоеданий.Мы открывали          Маркса              каждый том,как в доме       собственном             мы открываем ставни,но и без чтения           мы разбирались в том,в каком идти,         в каком сражаться стане.Мы  диалектику        учили не по Гегелю.Бряцанием боев          она врывалась в стих,когда   под пулями         от нас буржуи бегали,как мы   когда-то       бегали от них.Пускай    за гениями           безутешною вдовойплетется слава          в похоронном марше —умри, мой стих,          умри, как рядовой,как безымянные       на штурмах мерли наши!Мне наплевать         на бронзы многопудье,мне наплевать       на мраморную слизь.Сочтемся славою —       ведь мы свои же люди,—пускай нам       общим памятником будетпостроенный        в боях            социализм.Потомки,     словарей проверьте поплавки:из Леты    выплывут        остатки слов таких,как «проституция»,             «туберкулез»,                     «блокада».Для вас,    которые        здоровы и ловки,поэт  вылизывал        чахоткины плевкишершавым языком плаката.С хвостом годов       я становлюсь подобиемчудовищ     ископаемо-хвостатых.Товарищ жизнь,           давай              быстрей протопаем,протопаем       по пятилетке              дней остаток.Мне  и рубля       не накопили строчки,краснодеревщики       не слали мебель на дом.И кроме     свежевымытой сорочки,скажу по совести,           мне ничего но надо.Явившись    в Це Ка Ка            идущих              светлых лет,над бандой       поэтических              рвачей и выжигя подыму,    как большевистский партбилет,все сто томов           моих              партийных книжек.


1929-1930
В.В.Маяковский. Избранные произведения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Москва, Ленинград: Советский писатель, 1963

Record author: XTreme
Number of views: 789

See also in this area:  Incubus (Bal'mont Konstantin Dmitrievich)

If you are a copyright holder for this file or text, please report us.
Search
Example: English grammar
Upload your file to E-Lingvo

Links to other sites
Feedback


Books and files in
    Russian language
    English language
    German language
    French language
    Spanish language
    Italian language
    Portugal language
    Polish language
    Czech language
    Ukrainian language


Materials for students
Textbooks
Summaries
Abstracts, diplomas
Cribs & lectures

Fiction
The antique literature
Mythology, the epos
Ancient east literature
The Old Russian literature
The ancient European literature
Prose of XVIII-XXI-th centuries
Poetry

The scientific literature
Linguistics, Russian philology
Literary criticism
The ancient and antique literature
The Russian literature of a XVIII-th century
The Russian literature of a XIX-th century
The Russian literature of a XX-th century
The world literature
Psychology, pedagogics
Philosophy
Marketing and PR
Cultural science
Jurisprudence
History
The state and the right
Economy
Religious studies


  Русская версия